Верните деньги!

Одна газета, из тех, которые принято причислять к желтой прессе и даже внешне похожая на подобные издания Европы, второй день подряд выходит с большими фотографиями на первой полосе и броскими заголовками - что-то вроде того, что врачи всю ночь боролись за жизнь Виталия Соломина. Наверное, так и было. Сегодня та же газета опубликовала фотографию актера "под капельницей". Какими же бедными должны быть медсестры и нянечки, чтобы за сотню-другую позволить сфотографировать неподвижного больного, который сейчас не в силах постоять за себя?! Не бедными даже, - тут Достоевский приходит на помощь: бедность не порок, нищета - порок-с. Нищие люди.

Видимо, пользуется успехом, поскольку славу этой газетке прежде принесла фотография другой знаменитой актрисы после инсульта. Когда-то я носил такое предложение как шутку: походить по этажам АО "Медицина" на Тверской-Ямской, куда приписаны члены СТД, посмотреть, кто стоит в очередь к дерматологу, кто - к урологу, материала хватит надолго, целый сериал можно запузырить... Драматическая история Виталия Соломина, которому стало плохо на спектакле имела еще одно, на мой взгляд, по-своему тоже драматическое продолжение или ответвление сюжета. Когда стало понятно, что актер не сможет продолжать игру, что спектакль надо прервать, к зрителям вышел Юрий Мефодиевич Соломин. И сказал, что вот, актеру стало плохо, простите. И что билеты действительны на любой майский спектакль. Из зала кто-то спросил: "А можно получить обратно деньги?" - "Можно", - ответил художественный руководитель Малого. И зрители поднялись со своих мест и пошли... в кассу. Сдавать билеты. В театре говорят, что возрат был не слишком большой, что билеты сдавали в основном жители Подмосковья. Может быть, так. Хотелось бы верить, что какие-то уважительные причины действительно имелись. И все же, все же, все же... Рижский - последний - спектакль Андрея Миронова. Он падает, занавес закрывается. Следуют извинения перед публикой и предложение вернуть билеты. И - ни один билет не вернулся в кассу. Не посчитали возможным настаивать на потерянных деньгах, решили оставить как сувенир (в определенном смысле равный кусочку WTC)... Для Марии Владимировны Мироновой эта деталь была чем-то вроде искусственного клапана, про то, что ни один из зрителей не сдал билет, она с гордостью рассказывала всякий раз, когда речь заходила об Андрее. Этим воспоминанием она жила.

Такие тогда были зрители. Таким тогда был театр? Да, и театр тогда тоже был, конечно, другим. Актеры сами, конечно, приложили немало сил, чтобы отношение к их делу, к их ремеслу изменилось. В Риге, в Ялте сегодня почти не встретишь полноценных гастролеров, ездят все больше антрепризы... И так далее. Упреки можно выстроить с обеих сторон. И счета предъявить обоюдные. Но вот эта история в Малом театре - такой вот печальный итог случившихся перемен. Говорят, что всего пришлось вернуть около 60 тысяч рублей. В кассе, конечно, таких денег не было и конец пришлось даже занимать у работников театра.