Год без Солженицына

Вряд ли бы Солженицыну понравилось, если бы он узнал, что кто-то решил его сравнить с Лениным. Придется объяснить: Ленин перевернул патриархальную Россию, всю жизнь - с ног на голову, а Солженицын сделал прямо противоположную операцию - он вернул сознание людей в нормальное состояние, вернул зрению первоначальную - правильную - оптику, где право и лево, верх и низ уже не были перепутаны друг с другом.

Советская власть поставила целью создание нового человека, и, надо признать, преуспела изрядно. Можно говорить, что и в кодексе строителя коммунизма были правильные какие-то вещи. Были, но Солженицын - спасибо ему - сумел поселить сомнение в тех неправильностях советской власти, после которых и правильности были уже не добром, а добром штрих, по сути - не добром, а злом.

Чехов советовал по капле выдавливать из себя раба. Солженицын показал - своим примером, своим стоическим сопротивлением - на примере бодания теленка с дубом, как он сам изящно и точно определил "формат своей жизни", - он показал, что это возможно, что если правильно и последовательно выдавливать из себя раба, можно победить рабство не только в себе самом, но и во многих других людях.

Его заветом "жить не по лжи" не одно поколение поверяло свои поступки. Можно вспомнить один из рассказов Олега Павловича Табакова, который получил в свое время от Солженицына приглашение на церемонию вручения ему в Москве Нобелевской премии и как разрывался он, тогда - директор "Современника", между долгом и чувством, Решил идти, но церемонию в конце концов отменили.

Чтение "Архипелага ГУЛАГ" перепахивало людей, ставило мозги на место. Солженицын силой своей одинокой человеческой правды победил неправду целой системы. До него случалось, что одиночки становились оппонентами целого общества, самый известный пример - пример Сократа. Но победу Сократа, правоту Сократа поняли много позже, Солженицын - пример победы одного, но непреклонного человека при жизни.

Он трудно переживал несправедливость, которой немало было и в последние годы, и то, что Россия обустраивается слишком медленно и не совсем так, как ему казалось - правильнее и справедливее, - но главная победа случилась. Красное колесо остановилось.

И вот уже год, как его нет.

Но от мыслей его, от книг его, от всего им написанного и сказанного - не отмахнуться. Написанное и сказанное Солженицыным невозможно перенести в кладовую великой русской литературы, поскольку - вот, пожалуй, главное отличие его литературы: его книги и ее герои ведут диалог не друг с другом, а с каждым из нас и с нашей жизнью, с путями России. Обустроить Россию невозможно без Солженицына.

События минувшей недели: Владимир Путин встретился с вдовой писателя Натальей Солженицыной и, говоря о близящейся годовщине со дня смерти Солженицына, вспомнил о том, "о чем в свое время говорил вместе с Александром Исаевичем, а именно - об изучении его литературного наследия". И Наталья Дмитриевна в ответ сказала то, чего, казалось бы от нее ожидать было нельзя: она предложила вместо чтения целого тома "Архипелага" ввести в школе два или три урока. "Небольшое чтение, но оно будет зажигать сердце. А уж если у кого зажжется, тот прочтет уже этот том". два-три урока во всех школах, по литературе или по истории, было бы правильно, сказала Наталья Солженицына, просто по отношению к истории нашей страны. Потому что, если мы будем считать, что этого не было или это были "необходимые издержки", то мы никуда не уедем. Мы просто будем плясать на собственном пепелище".

Зажигать сердца - как это точно по отношению к Солженицыну. Это - о нём.