10 января 2003  года

Памяти Анны Образцовой

Девятого января на 81-м году жизни умерла Анна Георгиевна Образцова. У меня, как и у многих других студентов ГИТИСа, отношение к ней было разным, скажем так, объемным, но всегда – доброжелательным, в ответ на ее всегдашнюю приветливость. «Ученая дама», - именно такой она вошла в нашу студенческую жизнь и, не стану скрывать, на ее лекции и занятия мы ходили всегда с удовольствием. Во-первых, она действительно много знала и с удовольствием перемежала и дополняла вполне научные рассуждения собственными «путевыми заметками», рассказами о разговорах со своими великими знакомцами.

Так странно о ней, с которой связано так много жизненных историй, писать в прошедшем времени. Академическая, то есть вполне старинная манера общения делала ее посланцем из прекрасного (хотя и не во всем) прошлого. Искушенность и знание предмета не мешали ее простодушию, очаровательному, на мой взгляд: расспросив студента, например, дождавшись полного и исчерпывающего ответа на экзаменационный билет, она обыкновенно раскрывала зачетку и в эту самую минуту – почти уже состоявшегося расставания! – строго взглядывала поверх очков и спрашивала: «Пьеску-то читали?». А получив утвердительный ответ, переспрашивала: «Правда читали?» И я все собирался с силами ответить ей однажды, потупив взгляд, что нет, не читал, чтобы узнать, какой будет ее реакция, поскольку о великодушии Образцовой мы тоже были наслышаны. Как и о ее строгости (она умела быть разной).

В последние годы она уже растеряла былую строгость (да и мы перестали быть ее студентами). Потому общение с ней, встречи в театре, куда она - по старой традиции, которая не разводила театральных критиков и кабинетных историков - продолжала ходить до последнего, были просто разговорами - о театре, об увиденном или услышанном.

Как грустно прощаться с теми, с кем связано так много добрых и даже веселых воспоминаний. Особенно грустно.