Единая Европа без единой театральной премии

Сицилия не хочет делиться деньгами с лучшими режиссерами материка

Единая Европа может остаться без такой знаменитой уже и, казалось, высоко ценимой всеми официальными «органами» театральной премии. Новые сицилийские чиновники собираются отказаться от премии «Европа – театру», которой награждали лучших последние пятнадцать лет. Пока Европа еще только собиралась объединиться, эта самая премия объединяла. В том числе и в денежном выражении: обе премии, «Европа – театру» и «Новая театральная реальность», до того, как Европа «сошлась» на евро, измерялась в экю. И это была внушительная премия – 60 тысяч и 20 тысяч экю, соответственно (в последний раз, год назад, обе суммы, естественно, были «переведены» в евро). Теперь же, когда все едино, на острове, правда, и сегодня более знаменитом своей коза нострой, решили сэкономить на театральной премии и сопутствовавшем церемонии фестивале. И вот уже Международная ассоциация театральных критиков (АИКТ) бросает клич, крик о помощи. Но кто тут поможет, кроме самих сицилийцев?! Во всяком случае на призыв АИКТ за две или три недели, прошедшие с тех пор, откликнулось 17 человек. Остальные, вероятно, решили, что дело решенное и спорить уже нет смысла.

Учрежденный в 1986 году местной благотворительной организацией «Таормина Арте», европейский театральный приз был тогда же впервые вручен Ариан Мнушкин и ее театру дю Солей и греческой актрисе Мелине Меркари, тогда еще и министру культуры Греции. Со второго раза премия приобрела патронов в лице Европейского Союза и Международной ассоциации театральных критиков. С тех пор большая премия обрела еще и «младшую», которая получила название «Новая театральная реальность». И – стоит вспомнить – ее первым лауреатом стал Анатолий Васильев, ставший непременным и дорогим гостем в Таормине. Каждый год сюда съезжались старые и новые лауреаты со своими «хорошо сделанными» спектаклями и еще неготовыми работами, эскизами, фрагментами репетиций, которые не стыдно было показать тем, которые поймут и оценят не только результат, но и сам процесс. Лауреат Някрошюс показывал первые, только что сочиненные сцены «Трех сестер». И среди них – встречу сестер с Вершининым, когда «дым Отечества» материализовывался в реальном сигаретном дыме, который сестры пытались «законсервировать» в перевернутых на ладонях стаканах. И сцену проводов Тузенбаха на дуэль с закрученной и пущенной кругом тарелкой, которая крутится, крутится на столе, быстрее и быстрее и наконец – бац! – и замирает, как сама человеческая жизнь. Здесь играл Лев Додин, тоже лауреат. Лауреат Хайнер Мюллер, смертельно больной, однако же не выпускавший из рук сигару, лауреат Ронкони и лауреат Марталер... Лучшие режиссеры Европы, а значит и мира. Все они с удовольствием приезжали в небольшой средневековый город, гордящийся близостью к Этне (над которой – до очередного извержения – планировали самолеты, поднимаясь в воздух из аэропорта в Катанье) и двумя своими античными театрами – большим, греческим, и маленьким, домашним, римским, разместившимся во дворике, в двух шагах от центральной виа Урбино. Райский уголок, где апельсины, казалось, созревают круглый год и падают с деревьев под ноги. И никто, кроме туристов и дворников не обращает на эту «падалицу» никакого внимания.

Когда-то в Таормине, как известно, вручали литературные премии. Потом вот решили обратить внимание на театр. Театр, конечно, требовал куда большего внимания и, конечно же, больших денег (премия, плюс фестиваль, плюс конференция и многочисленные гости…). Сицилийские власти где-то их находили до самого последнего времени, хотя почти всякий раз Алессандро Мартинез, координатор премии, не спешил уверить в том, что торжества состоятся.

Во время фестивалей и церемоний о трудностях никогда не говорили. Говорили только об искусстве, творческих методах, концепциях, опыте. Каждая церемония сопровождалась конференцией, посвященной творчеству лауреата и тогда целый десант исследователей приезжал с родины героя.

Помнится одна речь, на одной из церемоний. Заключительная речь мэра Таормины. Респектабельного вида сеньор, одетый без режущих глаз, но обыкновенных итальянских контрастов, – сочетаний голубого с оранжевым или ярко-желтым, призвал горожан и всех островитян возвращаться к вечным ценностям: пора, сказал он, – мафия - явление преходящее, а греческий театр стоит в Таормине уже две тысячи лет. Это выступление (на церемонии вручения театральных премий!) было тем более удивительным, что однажды в Таормине нас специально предупредили, что вслух говорить о мафии на Сицилии не принято (все равно, что рассказывать в еврейской компании антисемитские анекдоты).

«Гамбургский счет» – слова, слишком избитые и потерявшие всякую цену. Скажем так: премии, которые вручали на Сицилии члены международного жюри (в которое с самого основания входил и один представитель России), сохраняли редкую по нынешним временам свободу от политической и любой другой конъюнктуры. Как-то удавалось, хотя, как нам известно, и не без труда, судить художника по законам, им самим над собою признанным. Строго, но справедливо. Имена лауреатов не вызывали сомнений.

С тех пор на острове сменилась власть и новые руководители решили, что театральная премия Сицилии больше не нужна. К чему заботиться о Европе, когда на Сицилии полно собственных проблем?! В конце концов прежний мэр мог и ошибаться, выдвигая вперед и в пример греческий театр. Да и мафии такой ход мысли наверняка не понравился.