Один из гладиаторов

-Дмитрий Александрович! Скажите, когда будет съезд Союза кинематографистов? Должен быть весной, но сейчас говорят, что состоится в октябре...

- Да, действительно, на одном из последних секретариатов Досталь и Гусман выступили с инициативой проведения съезда не в мае, как это полагается по уставу, а осенью. Особой трагедии в переносе съезда на осень не существует, решение вопроса - прерогатива пленума. Думаю, что инициатива господина Гусмана, который является оппонентом Михалкова по большому числу вопросов и не является сторонником идей IУ съезда, - провокация с его стороны. Как легко догадаться, любой исполнительной власти легче отчитываться за больший период деятельности, чем за меньший. Но поскольку курс IУ съезда был как раз на строгое соблюдение всех уставных норм, и новая команда в свое время критиковала команду Соловьева за попытку сдвинуть сроки съезда, было бы логичнее съезд провести в установленные уставом сроки.

- Вы - первый заместитель председателя правления Союза кинематографистов и назначенный секретарь Союза...

- Да, среди тех, кого назначил Никита Сергеевич. А назначил он многих. У меня в Союзе кинематографистов - три ипостаси: первый зам. председателя правления, секретарь Союза и наконец, член СК.

- Вы считаете, что система назначенных секретарей в творческом союзе себя оправдала?

- В целом оправдала. По новой версии устава, принятой IУ съездом, секретариат лишился значительной части своих полномочий, передав их законодательной власти Союза - то есть, правлению, съезду. Он стал рабочим органом, как бы правительством СК России, которое назначает председатель правления. Права на принятие решений делегированы ему по уставу председателем правления. Всегда между законодательной и исполнительной властью существует содержательный и конструктивный конфликт. Фигура председателя правления в любой общественной организации - фигура политическая. Он является заложником умонастроения своих избирателей. Исполнительная власть, то есть секретариат и председатель "правительства", - в данном случае таковым до недавнего времени был я, - всегда вынужден идти на известного рода непопулярные шаги, поэтому руководитель исполнительной власти всегда - лицо существенно менее популярное. Между ними тоже возможны расхождения, но они должны преодолеваться через принятые процедуры, снятие председателя "правительства" должно согласовываться с правлением.

- Насколько я знаю, в кинематограф, как и в СК вас увлекла еще и вполне романтическая идея и романтическое увлечение - то ли самим кинематографом, то ли его конкретными представителями, дружба с Никитой Михалковым, например. Очарованы ли вы, как прежде?

- Я действительно согласился на исполнение обязанностей первого заместителя и руководителя "правительства" Союза кинематографистов, потому что, как многие, очарован кинематографом как жанром искусства. Тесное знакомство с самими кинематографистами развеяло некий ореол, потому что для нас, простых советских людей, они были небожителями по всем параметрам, а то, что они делали, всегда имело элемент чудесного. А с другой стороны, такое близкое знакомство показало, что они еще более интересные люди, чем казалось, ведущие крайне нестандартный образ жизни. Жизнь в кино - сама по себе кино и большое искушение, в том числе для начинающих кинематографистов. Там так интересно жить, что иногда это может мешать творчеству. Я очень доволен тем, что удалось три с половиной года поработать здесь, надеюсь, что эта работа продолжится.

Личные отношения, которые возникли со многими кинематографистами, считаю одной из крупных своих человеческих удач. Я многому у них научился: как за пять лет в Фонде культуры, так и за три с половиной года в Союзе кинематографистов. Могу даже сказать, что это мне помогает в бизнесе. Я стал гораздо более терпимо относиться к медленному ходу реформ в стране и к тем петлям, которые делает наша власть. Чем человек сложнее, тем труднее его заставить что-либо делать, его можно только убедить, а для этого нужно время: сначала - отношения, потом - понимание, потом - убеждение, потом - совместные действия. Вместо принятого в бизнесе: принуждение и - вперед… Сегодняшнюю корпоративную культуру, которая пропагандируется на Западе и во многом базирующуюся на японском опыте, я без окончания специальных семинаров по японскому менеджменту получил в Союзе кинематографистов. К сожалению, многое из того, что мы сделали полезного, оказалось либо не понятым, либо незамеченным. Из-за этого мы по многим позициям, где у нас были серьезные успехи, не получили моральной поддержки членов союза. К сожалению, многие члены Союза заняли наблюдательную позицию, как в римском колизее…

- А вы - гладиатор?

- Один из гладиаторов…Самый главный - конечно, Никита Михалков. Михалков и его команда в какой-то момент почувствовали себя людьми, которым все готовы были бы подчиниться, если они победят, и от которых готовы отказаться, если проиграют. Победа же возможна только в том случае, если и кинематографическая элита, и все члены союза, что называется, как один, в крайне тяжелой для российского кинематографа ситуации объединятся вокруг программы IV съезда. Никита Сергеевич, как очень талантливый политик, в какой-то момент почувствовал это и неоднократно успел сказать, что власть над художниками ему не нужна, что он готов уйти. Такие слова говорят не от хорошей жизни, а от ощущения, что мы оказались в офсайте. Российское кино оказалось на краю пропасти не потому, что кто-то сознательно его губит, а потому что рыночные отношения диктуют, к примеру, прокату существенно больший интерес к американскому кино. Сегодня телевидение дает работу кинематографистам, но одновременно оно убивает профессию, потому что телевизионное кино - не кино в настоящем смысле слова, за которым люди идут во ВГИК, на Высшие режиссерские курсы…

А личный интерес диктует другое: надо жить, надо работать. Каким бы ни было министерство культуры, каким бы ни было Госкино, оно реально распределяет в год суммы, измеряемые миллионами долларов. Я уж не говорю про телевидение…Радикальный конфликт интересов, который есть у любой из значимых фигур в Союзе кинематографистов, а таких сегодня - несколько сотен человек, успешно работающих в профессии, - с интересами отрасли в целом самым фатальным образом сказывается на состоянии дел в Союзе. Я не считаю этот процесс необратимым, но так может оказаться, что Пятый съезд, если он пройдет в том стиле, к которому толкают усталость, разочарование и неверие в собственные силы, может стать последним, когда мнение СК вообще кого-либо будет по какому-либо поводу волновать. Тогда кинематографистам придется формировать какую-то другую структуру, которая реально помешает нарушению их законных прав и интересов, например, в ходе грядущей приватизации объектов кинематографии. В неявном виде сегодня она идет, но без всякого контроля со стороны общественности.

- Ходят упорные слухи, что у вас испортились отношения с Никитой Сергеевичем Михалковым…

Кстати, отсутствие иммунитета к слухам - одно из разочарований, которое меня постигло в СК. Но, наверное, это нормально в среде художественной интеллигенции, где, в отличие от, скажем, научной интеллигенции, большую роль играют не сами по себе факты, а их интерпретация. Фактом является то, что на протяжении всего пути нашего сотрудничества с Никитой Сергеевичем (а мы 5 лет - в Российском фонде культуры и три года в Союзе кинематографистов) не по всем вопросам у нас было совпадение взглядов. Поскольку я не являюсь наемным работником ни студии "Три Тэ", ни Никиты Сергеевича Михалкова, мы с ним партнеры, каждый - имеет право на собственную точку зрения. Несовпадения у нас бывали по многим, но не по всем и я бы даже не сказал, что по большинству вопросов у нас есть несовпадение и сегодня. С другой стороны, и по логике, и по праву и по процедуре Никита Сергеевич имеет полное право выбирать себе союзников и партнеров на любом из отрезков своего весьма замечательного и плодотворного творческого пути. Именно он был выбран председателем правления, и именно он - президент Фонда, и ему решать, что с этими организациями будет - в рамках тех полномочий, которые ему делегированы в Фонде культуры - советом фонда, а в Союзе кинематографистов - съездом и уставом. Я действительно стал развивать новое направление собственного бизнеса в той организации, где я работаю почти 12 лет, где у меня много партнеров и товарищей, которые, в частности, финансово поддерживали и Фонд культуры, и Союз кинематографистов. Мне была предложена очень интересная и почетная обязанность советника по экономике губернатора Ульяновской области, где я и нахожусь в среднем 4 дня в неделю. Если там будет получаться, то будет получаться и здесь поддержать проекты, связанные с культурой, с кинематографом, с прокатом, с защитой авторских прав. В связи с этим произошло известное перераспределение обязанностей внутри Союза. Какие-то текущие вопросы, финансовые в том числе, отошли к Масленникову.

Факт и то, что я остаюсь - пока - первым заместителем председателя правления и секретарем Союза. Если бы слухи соответствовали действительности, то, наверное, не стоило бы большого труда расторгнуть со мной отношения как с первым замом и секретарем. В зависимости от того, что для себя в качестве модели на следующие три года выберет киносообщество, будет зависеть и формула, по которой я буду сотрудничать с Союзом. Надо понимать правильно: степень привлекательности для инвестиций в него и времени, и финансовых ресурсов зависит от того, в какой степени СК собирается вмешиваться в принятие решений по судьбе российского кинематографа в целом.

Если Союз выберет для себя модель творческого клуба и центра социальной поддержки ветеранов кино, то есть если он самоограничится и уступит позиции, которые мог бы занять при сегодняшнем дефиците структур гражданского общества в стране в целом и в культуре и киноиндустрии, в частности, то он потеряет свою привлекательность как инструмент решения как социальных, так и творческих задач. Если же СК примет решение подтвердить линию IУ съезда, уточнив ее в связи с изменившимися обстоятельствами, то, наверное, степень вовлеченности моей в дела СК будет выше.

- Комментируя слухи, вы говорите: факты говорят… А субъективные ощущение что говорят?

- Сегодня я научился разделять решения политические или политически целесообразные от экономически целесообразных. Если политик борется за голоса избирателей, это же нормально? Если кинорежиссер борется за количество проданных билетов на его фильм, это же нормально? Но иногда борьба за зрителя вступает в противоречие с творческими вопросами. Ты делаешь кассовый фильм, который при этом не становится вкладом в мировое киноискусство… В свое время по неопытности я считал, что первое должно быть связано со вторым, то есть можно найти способы сделать фильм - в данном случае фильм в кавычках - и кассовым, и значимым для мирового киноискусства. Сегодня я понимаю, что это не одно и то же. Сегодня многое из того, что я считаю нужным сделать, и что считаю целесообразным, не совпадает не только с мнением Никиты Сергеевича, но и с мнением многих других людей. Никита Сергеевич в этом смысле является выразителем дум и чаяний большинства… Думаю, каждый понимает, насколько тяжело сохранить свежесть отношений после многих лет работы на таком тяжелом поприще, каким, в частности, являются как Фонд культуры, так и Союз кинематографистов.

- Если я правильно понимаю, в свое время вы и группа молодых физиков, придя в Фонд культуры, буквально реанимировали его, поскольку в то время эта организация находилась весьма в плачевном состоянии? Тогда с вами в Фонд культуры пришли и деньги…

- Да.

- Что же произошло сегодня? Каково сегодня ваше место в этой странной организации, где в один вечер может собраться компания, напоминающая выездную редколлегию газеты "Завтра", а накануне, например, встречаются выдвиженцы "Апреля"?

- Реформы, которые задумал Никита Сергеевич в Фонде культуры и в Союзе кинематографистов, начались совсем недавно. Наверное, должно пройти какое-то время, чтобы сформировались новые образы этих двух организаций. Тогда будет понятна сверхзадача. Я, как и многие россияне, знаю: ни один из проектов, задуманных Михалковым, не был провален. Он был удачлив всегда, везде и во всем. Я убежден: и то, что он задумал в Фонде, и то, что он делает в Союзе кинематографистов, будет столь же успешным, как и все, что он делал до сих пор. Другой вопрос: насколько это совпадает с моими личными убеждениями, с убеждениями моих товарищей. Важно разделять ситуации: одна - связана с деньгами и с работой, которая этим деньгам эквивалентна.

Многое из того, что было принесено нами в Фонд и в Союз, было связано с прямыми финансовыми вливаниями, а многое заключалось в спонсорской помощи нашими возможностями и способностями. При определении политики организации, в которой я работаю, к Фонду и к Союзу, для меня первоочередным является мнение моих товарищей. У нас - демократическая, коллегиальная система принятия решений, которым я подчиняюсь в соответствии с правилами демократического централизма. Другое - мое личное поведение и личное отношение, которое, думаю, не интересует по большому счету никого. Всего, чего я добился в этой жизни, я добился благодаря товарищам, так же, как и они, наверное, многого добились благодаря мне. Поэтому по таким вопросам как Фонд и Союз я не могу отделять свою позицию от их. Среди моих товарищей, среди моих друзей и партнеров находится и Никита Сергеевич. Здесь сочетание целесообразности, полезности и эффективности и т.д. носит динамический характер. Я не являюсь читателем газеты "Завтра", никогда не считал, что монархия может спасти Россию, никогда не считал - и об этом Никита Сергеевич знает, - что наше российское правосознание чем-либо отличается от западного. Но Никита Сергеевич Михалков является частью российской истории, и все, что думает он о российской истории, значимо. А Дмитрий Александрович Пиорунский никогда этой частью не станет, и все, что я думаю об этом, в настоящий момент не имеет никакого значения. Он - харизматик. Многое из того, что он делает, на начальном этапе другим непонятно. Кто мог догадаться, когда он начинал снимать "Сибирского цирюльника", что каким-то чудесным образом Михалков завершит снимать тогда и именно тогда, когда это окажется максимально "в десятку" (если говорить про нашу внутриполитическую ситуацию)?! Это реально потрясло российскую элиту. И сегодня он на коне. Михалков более чутко улавливает настроение зрителя и, если хотите народа, чем наши западно-либеральные демократы… Другое дело, что будет завтра…

Но завтра и Никита Сергеевич может стать другим. С первого дня нашего знакомства я понимал, что его интуиция, его действия всегда нагружены большим смыслом, чем, например, лично мои. Я за собой такого рода способностей не чувствую, хотя достаточно хорошо к себе отношусь. Если вдруг у меня возникнет желание отстаивать собственную точку зрения на Фонд культуры или Союз кинематографистов, мне придется искать соратников для создания другого фонда и другого союза. В этом Союзе и в этом Фонде основные тенденции воплощены именно в Михалкове. Появление сегодня одних людей в Союзе и уход других (я, например, очень переживаю предстоящий уход ряда специалистов и уже совершившееся увольнение ряда сотрудников) с точки зрения послезавтрашнего дня - может быть, ошибка, но с точки зрения сегодняшнего и даже может быть завтрашнего - то, что нужно. Демократия - это процедуры, все процедуры в Союзе сегодня соблюдаются и в этом - заслуга новой команды. В некотором смысле это и есть итог трех лет…

- Вы в последнее время почти не появляетесь даже на крупных кинофестивалях, хотя раньше бывали и на "Белых Столбах"…

- Раньше я действовал в направлении, заложенном решениями Четвертого съезда. Решения 1У съезда - это радикальное вмешательство союза в процесс принятия решений относительно киноиндустрии. За последние шесть-восемь месяцев обстановка вокруг Союза очень осложнилась, пошел процесс тотального наступления государства в этих вопросах, поэтому СК сегодня должен определяться, - будет ли он настаивать на расследовании дел с Киностудией имени М. Горького… "Ливневскую" Киностудию Горького мы обследовали, сделали аудит, документы передали… Никакой реакции не последовало. Сегодня там пошли процессы еще более вредные - даже с точки зрения участия кинематографистов в приватизации объектов киноиндустрии. Если подтвердится - а я думаю, что подтвердится - факт того, что Киностудия Горького приняла кредит от Внешэкономбанка в размере 10 миллионов долларов, как все о том говорят, то это означает, что киностудия фактически приватизирована. То, что проекты трех указов президента по кинематографу обсуждались и готовились за закрытыми дверями, то, что при формировании Совета по кинематографии при службе кинематографии не учитывалось мнение союза, то, что не было никакой реакции на нашу критику Федеральной целевой программы "Культура России", я уж не говорю о том, что на стадии подготовки программы с нами никто не советовался, - свидетельствует об игнорировании, граничащем с презрением к Союзу как целому. Притом, что у Службы кинематографии нормальные отношения с отдельными кинематографистами.

- Мне-то кажется странной та решительная перемена, которая случилась с Михалковым в пору "перехода" Госкино под крышу Минкульта. Сначала - митинги и чуть ли не акции гражданского неповиновения, а потом, после встречи с премьер-министром, полное умиротворение, хотя ничего нового предложено не было, так что митинги никакими победами не ознаменовались…

- Победы были. К числу побед на тот момент надо отнести протокольную запись совещания у Касьянова, где было подтверждено безусловное участие киносоюза в создании рабочей группы по федеральной кинопрокатной сети, по группе, связанной с распределением полномочий между Министерством печати и Минкультом по лицензированию, распространению и тиражированию аудиовизуальных произведения и рабочей группы по Закону о кино. Другое дело, что дальше руководители Министерства культуры после слияния двух ведомств полностью не выполнили эти решения. Но Касьянов-то принял такую модель!

На пленуме Никита Сергеевич говорил, что нет никакой возможности отменить указ Путина, Владимир Владимирович - не тот человек, который меняет свои решения, особенно с такой скоростью: сегодня слил Госкино с минкультом, а завтра - разлил…Задача была - обратить внимание органов госуправления на то, что внутри минкульта госкино должно фактически сохранить автономию. Вопросы к журналистам и к руководству киносоюза: насколько эта автономия сегодня реализована, как принимаются решения, как движутся бумаги, кто какие визы ставит, как распределяется бюджет… Михалков как лидер сообщества, которое негативно относилось к процессу слияния, возглавил процесс сопротивления, добился соответствующих решений. Исполнение этих решений не могло не натолкнуться на ту апатию, которая царит в сообществе в целом. Многие, в том числе знаковые, фигуры российского кинематографа во время дискуссии занимали вообще не союзную позицию, говорили - есть Госкино или нет, я все равно буду работать, меня знают, ценят, любят. Проблема та же: насколько яркие индивидуальности могут действовать солидарно, отстаивая внутри как бы профсоюзного движения интересы отрасли в целом. На мой взгляд, индивидуальных побед здесь быть не может. Счет идет на сотни миллионов долларов, на сети из тысячи кинотеатров, на сотни миллионов кассет с копиями. Устроиться в этом процессе, найти маленький островок стабильности лично для себя и своей съемочной группы, - это иллюзия. Настроения такие капитулянтские сегодня, к сожалению, очень распространены в Союзе.

- Что происходит сегодня с собственностью Союза кинематографистов?

- Нам удалось вывести из-под ареста "Болшево". И подготовить инвестиционный проект по строительству там коттеджей и возвращению его во внутрисоюзный оборот. Мы выиграли суды, договорились о льготах по оплате земли и прочего. Другое дело - "Красная Пахра": попытки продать ее пока успехом не увенчались. Цены, которые нам предлагали - несколько сот тысяч долларов - не проходимы. Вопрос о том, сколько стоит объект на самом деле, носит философский характер - это 20 тысяч кв. метров недвижимости, внутренности которой напоминают состояние после маленькой локальной войны… Изменение ситуации в стране позволяет надеяться, что кто-то этим объектом заинтересуется. Что касается Центрального дома кинематографистов, то стало ясно, что его дальнейшее существование в нынешнем виде невозможно. Гусман с этим тоже согласился. Сегодня он выражает бурную радость по поводу того, что я не появляюсь на секретариатах, а совсем недавно признал, что готов подписать рамочное соглашение о плавном поэтапном превращении, начиная с осени, Дома кинематографистов в объект как бы двойного назначения. С одной стороны, там должны идти коммерческие кинопоказы, как это происходит в Питере, в Екатеринбурге, в Ростове-на-Дону. С другой стороны, в этих же залах будут происходить творческие встречи, премьеры для коллег и т.д.

Что касается Белого зала и первого этажа, то совместно с "Империей кино" подготовлен инвест-проект на миллион долларов. Они уже сделали дизайн помещений и готовы интегрировать эту площадку в свою прокатную сеть. За это им должно достаться 49% акций в том АО, куда права пользование этим имуществом будут внесены, и 51% будет у СК. Этот проект происходит по инициативе и при существенной поддержке Гильдии актеров и ее президента Сергея Жигунова. В ресторане мы намерены ввести учет льгот, предоставляемых посетителям. Членам СК мы готовы льготы оставить, а всем остальным придется платить. Конечно, не по рыночным ценам, поскольку до средне московского уровня ресторан не дотягивает, но и без той бесплатности, которая сегодня там царит. В Репино наши петербургские коллеги довольно толково ведут дела, долг, накопленный за последние три года носит почти символический характер - 30-40 тысяч долларов, хотя и этот дом творчества нуждается в инвестициях… Но питерская позиция гораздо более лояльна курсу 1У съезда, чем московского союза, поэтому Репино сможет функционировать при инвестициях в 150-200 тысяч долларов. Но это - процессы, которые должны происходить на втором сроке.

- Когда так много запланировано, вероятно, целесообразно, чтобы Михалков и его команда смогли проработать оба срока. Когда так много отнесено на перспективу, важно, чтобы была возможность отчитаться потом…